ПИШИТЕ МНЕ

СЛЕД КОЛЕСНИЦЫ

Первое изд. 1988 год Детгиз (Ленинград)

176 стр. переплет

Книга о великих открытиях, о радости познания, истории из жизни великих ученых, написана в стихах и предназначается для детей младшего школьного возраста. Рис. Б. Цыганкова













(Отрывки)

Что есть человек?
Он только частица,
только атом -
в громадной Природе.
А чем частица
может гордиться?
Нечем гордиться
частице вроде.

Но когда
человек
творит вдохновенно,
он в это время —
один в целом свете!
И в эти часы,
и в минуты эти
он равен
всей бесконечной
Вселенной!

История про великого древнегреческого математика Евклида, заложившего основы геометрии, о его уроках и учениках

Предыстория

За быком шагали пахари,
за плугом.
По прямой ходили люди,
а не кругом.

Знали люди, что приходит день
за ночью.
Что идти прямой дорогою -
короче.

Знали способ,
как чертить прямые,
и осваивали площади
земные.

И обтесывали камни
гладко-гладко.
И тянулась пирамидой кверху
кладка.

Ткали пряжу.
Нитка тонкая, льняная.
Как натянешь -
выйдет линия. Прямая.

Вот колёса
вавилонской колесницы -
круг на части поделили
ровно спицы.

Породнили круг и угол
в Вавилоне.
Геометрию вперёд
помчали кони.

Греки сделали её
наукой точной -
записали свойства
линий, круга, точки.

И решили:
параллельным двум не слиться,
как следам
от вавилонской колесницы.

Начала

Там, где с морем
сливается Нил,
в древнем жарком краю
пирамид,
математик греческий жил -
многознающий,
мудрый Евклид.
Геометрию он изучал.
Геометрии он обучал.
Написал он великий труд.
Эту книгу
«Начала»
зовут.

Притча о трёх учениках

Чтоб попасть к нему в ученики
и постигнуть мудрость старика,
морем плыли, шли издалека…
А вопросы были нелегки.

— Что есть точка? -
вопрошал Евклид,
взглядом обводя своих гостей.

— Точка — это то,
в чём нет частей, -
Архелай кудрявый говорит.

— Правильно ответил.
Молодец! —
улыбнулся ласково мудрец. -
— Ну, а в чем же линии секрет?

— Есть длина,
а ширины в ней нет!

— Снова в точку!
Я б хотел узнать:
для чего учёным хочешь стать?
Ведь дороги к знаньям -
непросты?!

— Я богатым стать хочу,
как ты!
Я слыхал:
наука — это клад!
Я уверен -
ты, Евклид, богат!..

Две монеты
достаёт мудрец -
их берёт
растерянный юнец.

— Всё!
Ступай! -
учёный говорит. -
Ты теперь богаче,
чем Евклид…

Тёплый ветер вдруг подул сильней,
пальмы раскачал на берегу.
— Кто поделит круг
на пять частей?

Архилох поднялся:
Я смогу!

Осветило солнце смуглый лик.
Циркуль сжав уверенно в руке,
круг он делит ловко на песке.
Головой кивнул ему старик:
— Хорошо!
Потом спросил Евклид:
— А тебя к науке что манит?! -
юношу погладил по плечу.

— Знаменитым стать,
как ты, хочу.
Слышу всюду:
«Как умен Евклид!»
Значит, славу
знание сулит!

Взял Евклид заточенный тростник,
пишет на папирусе старик:
«Люди! Он умней, чем я,
Евклид».
— На, иди!
Теперь ты знаменит!

Ну, а третий думает…
О чём?
Что-то чертит,
чем-то    увлечён…
— Что ты чертишь?
— Линии черчу.
Теорему доказать хочу.
Но другим путем,
не как Евклид! -
юноша упрямо говорит.

Слёзы на глазах
у старика:
он нашёл себе ученика.
Кто же ты?

И слышит он в ответ:
— Я из Сиракуз.
Я — Архимед.
… … … … … … … … … … … … … … … … … … … … … … ….
История жизни и смерти великого персидского философа, поэта и математика Омара Хайяма

Подарок отца

В Нишапуре весна.
В Нишапуре базар.
Разложили купцы
на прилавках товар.

Тут — шелка и ковры.
Там — хурма и шербет.
Деньги есть — покупай!
Проходи, если нет…

В Нишапуре базар.
Там с утра шум и гам.
Там торгует ремесленник —
Старый Хайям.

Сын пришёл помогать -
Черноглазый Омар.
Звонкий голос летит:
— Покупайте товар!

День окончен.
Отец достаёт кошелёк:
— Заслужил ты подарок
сегодня, сынок.

Сын шагает с отцом
по базарным рядам.
— Пять дирхемов тебе
на подарок я дам.
Ты доволен, Омар?
Отвечай наконец!

— Дай мне десять динаров.

Споткнулся отец:
— Ты, наверно, забыл,
я не шах и не бей.
Что ты хочешь купить —
не пойму, хоть убей!
Ну какому товару такая цена?
Скоро будешь просить
у меня скакуна?
Или перстень,
в котором сверкает алмаз?
Ты запомни:
на роскошь нет денег у нас!

Недовольный за сыном
плетётся старик.
На прилавке он видит:
пять свитков — пять книг.

Свиток тронув, с волненьем
Омар говорит:
— Это древний ученый,
великий Евклид.
Это — мысль,
что любого
быстрей скакуна.
Ярче всяких алмазов
сверкает она.
Нет без линий и чисел
мне жизни, отец.
И хочу я узнать
то, что понял мудрец.

Молвил старый Хайям:
— Стал ты взрослым, сынок!
Опрокинул в ладони купцу кошелёк.
Руки к небу вознёс:
— Пусть я тёмен и стар.
Сделай так, чтоб учёным
стал сын мой Омар!

Побег из Нишапура

Смолкли птицы в саду.
Листья чуть шелестят.
Но тревогой окутан
июньский закат.

— Что случилось, отец?
На тебе нет лица!

— Ой, сынок!
Ты не слушал родного отца!
Если б жил,
шариату покорный, как все…

— Я, как все…
Я закончил весной медресе.
Я задумал трактат:
«Вычисленье корней»,
вывел формулу я
для любых степеней!

— Но зачем ты стихи написал
про муллу?
В стихах ты муллу
уподобил ослу!
А ещё ты, сынок, написал,
что творец
дал богатство глупцам…

— Что случилось, отец?

— Вот лепешки в дорогу!
Пришла к нам беда!
До свиданья, сынок!
Нет, прощай навсегда!
Я тебя не увижу — я скоро умру…
Уходи поскорей!
В Самарканд, в Бухару…
Нет, постой!
Вот бумага…
Лет тридцать назад
спас мальчишку…
Там имя…
Слыхал: он богат!

— Так прощай же, отец! -

… Двери дома трещат.

Стража вломилась.
Обшарили дом.
— Где сын твой, Хайям?
Всё равно мы найдём!
Но дерзкий сначала отрежем язык,
а после и голову,
слышишь, старик?

И стражник тюки протыкает копьём.
— Где спрятал его?
Всё равно мы найдём!

… Омар далеко.
Он покинул свой дом.

Бредет с караваном изгнанник Хайям,
и беды людские открыты глазам.
Душа отзывается
болью в ответ.
В скитаньях и думах рождался поэт.
В те годы учёного или врача
ждала не награда — топор палача!
И книга одна лишь ценилась — Коран.
И бились за землю с султаном султан…
Царили повсюду донос, клевета!

… И всё же сбывалась Хайяма мечта,
нашёл в Самарканде приют — у судьи.
Здесь пишет он первые книги свои.
И ту, что прославит Хайяма в веках
и будет понятна на всех языках.
«Алгебра» -
главный Хайяма трактат:
теперь уравнения люди решат
такие, что раньше решить не могли.
Доволен судья.
И Хайяму велит
ехать к визирю…
Визирь, говорят,
мудрейший из мудрых,
зовёт в султанат!

Письмо визирю

У султана дворец — нет пышнее дворцов.
У султана толпа стражей, слуг, мудрецов.
У султана дела: сон, охота и пир.
У султана страной управляет визирь:
проверяет казну, замышляет набег…

… Вот однажды к визирю пришёл человек.
Небогатый на вид.
— Что тебе, молодец?

Тот письмо подаёт:
— Говорил мне отец —
это было давно…

— Твой отец Ибрагим?
Я мальчишкой тонул…
Где теперь он? Что с ним?

— Миновало семь лет, как покинул он мир…

И атласным платком вытер слезы визирь.
— Долг я сыну верну,
если умер отец…

(Драгоценностей полный выносят ларец.)

Будет дом у тебя,
сад тенистый, фонтан.
Возлежишь на коврах,
как наш мудрый султан. -

Но услышал визирь:
— Возлежать на коврах?
Для того ли Хайяму дал разум Аллах?
Что богатство?
Богаче я всех на земле.
Изумруды мои в небе светят во мгле.
Но я жаден.
Боюсь хоть один потерять.
Подари мне секстант —
в небе звёзды считать.
Мал мне дом и дворец —
лучше башню иметь!
Всей Вселенной бескрайней
хочу я владеть!

Улыбнулся визирь:
— Аль-Хайями? Хайям?
Я слыхал о тебе…
Очень нужен ты нам.
Говорят, ты по алгебре создал трактат
и поставил её с геометрией в ряд?!
Не по Солнцу считаем мы год -
по Луне.
Астроном Аль-Хайями поможет стране…
Я мудрейших из мудрых зову в Исфаган!..
Только надо сперва -
чтоб одобрил султан…

Удачная охота

Султан верхом на белом скакуне.
— Дождь будет, мудрецы?
Кто скажет мне?
Все в бороды упрятали глаза:
— Тот не рождён,
кто б это предсказал!

Визирь с поклоном выступил вперёд:
— Недавно в город прибыл звездочёт…
Он по светилам может предсказать —
идти в поход иль надо подождать.
Он знает медицину.
Лечит сам.
Целительный составит нам бальзам.
Стихами усладит тончайший слух!
Хоть молод он,
но стоит мудрых двух!

— Так где же он?
— Ну, кланяйся, Хайям!
— Не нужен мне сейчас бальзам и стих…
Скажи, Хайям,
вот ветер вроде стих…
Сегодня я охотиться смогу?
И не застанет дождь нас на лугу?

Хайям погоду изучал всерьёз,
и на неделю знал вперед прогноз.
Вчерашний вспомнил
солнечный закат,
на птиц летящих
бросил быстрый взгляд,
про скорость ветра не забыл.
— О да!
На землю с неба упадёт вода…
Но лишь по истечении трёх дней!

И все пустили вскачь своих коней.

На всякий случай взят Хайям с собой.
Ведь что не так — ответит головой.
Отъехали далёко от дворца.
И вдруг стемнело… Тучи из свинца!
— Где предсказатель?
Что нам скажет он?

Учёный поглядел на небосклон.
Задумался…

Кругом злорадный смех:
— Невежда!
Быть хотел умнее всех!
Теперь его темница ждёт — зиндан!

Хайям сказал:
— О, мудрый наш султан!
Охотиться спокойно можешь ты —
не капнет ни дождинки с высоты!

Султан с усмешкой на него взирал.
Вдруг дунул ветер -
тучи прочь прогнал.

Копьём султана был джейран сражён!

— Дать звездочёту всё,
что просит он!
Теперь мудрец он первый у меня!

И хлынул дождь —
когда прошло три дня…

Загадки параллелей

… О параллельных он писал трактат.
Задумался.
Не шли дела на лад!
— Коль две прямые третьей пересечь,
углы накрест лежащие сравнить…
Да разве тут об аксиоме речь?!
Как мог Евклид ошибку допустить!
Старик науку строил много дней -
дороги в мире не было ровней…
Две параллельных -
камень преткновенья!
Но разве есть дорога без камней?
Мудрейшие из мудрых -
сколько их?! -
о параллельных думали прямых,
считали аксиомой теорему.
А доказать?
Вот труд не из простых…

«… Да будет славен Малик-шах -
великий наш султан!
Пребудет вечно он в сердцах
опорой мусульман!
Построить башню он велел
для наблюденья звёзд,
чтоб календарь народ имел:
как Солнце — точен, прост.
И астролябии султан
велел доставить нам.
Продли, Аллах, его лета!» -
так написал Хайям.

А про себя подумал:
«Малик-шах!
Хоть разума тебя лишил Аллах,
но твой визирь пока имеет власть:
не даст Хайяму бедному пропасть!»

… Визирь был мудр.
И справедливым слыл.
Ведь султанат его заботой был.
А в башне той, где правил астроном,
он отдыхал…
Порой вздыхал о том,
что быть учёным — вот его мечта.
А он — визирь…
Незримая черта
меж властью и наукой пролегла.
Ему же философия мила…

— Да, кстати, я слыхал,
что ты, Хайям,
к Евклидовым опять припал трудам?

Хайям кивнул:
— С шайтаном об заклад побился —
параллельность докажу!

— Шайтан-то похитрей тебя, гляжу!..

— Но всё же я сумею доказать,
хоть легче путь до Мекки прошагать.

— Но множество мудрейших из людей
к разгадке не могли найти путей?!

— А я пойду дорогою своей…

— Когда закончишь — покажи трактат, —
сказал визирь, -
прочесть я буду рад.
И не забудь султану посвятить!
Ну, сколько лет могу тебя учить?..
Вчера султану поступил донос.
Твои стихи — подобны туче ос!
Я еле защитил тебя, Хайям.
Твой чудный дар, я клялся,
нужен нам:
по звёздам ты гадаешь лучше всех…
Султану в битве предскажи успех!
Скажи, чтоб завтра выступил в поход…

— Опять набег?
Страдает наш народ.
Кругом я вижу только рабский страх.

— Молчи, Хайям!
Ведь ты в земных делах
не смыслишь!
Ты — учёный. Я — визирь.
Вдвоём с тобой улучшим этот мир.
Неровен час: убьют меня враги.
Кому тогда ты скажешь: помоги?

***

… О параллельных он закончил труд.
Пройдут года.
Столетия пройдут.
И скажут люди:
— Первым был Хайям,
кто истину приблизил смело к нам.

Ведь теоремы доказал поэт,
что станут через много-много лет
основой геометрии иной.
Мир новый — не Евклидов, не земной -
понятней и доступней станет нам.
Так звёзды к людям приближал Хайям.

Две параллельных -
рифма и число.
И, может быть, Хайяму повезло,
что он легко владел — и тем, и этим…
У лодки жизни — не одно весло.

Он солнечный составил календарь:
подобного не знали люди встарь -
на семь секунд он нашего точней!..
Но много ль в нем
счастливых было дней?
Они у всех людей наперечёт!
За летом -
осень жизни настаёт…

Дороги Хайяма

Султана двор
был, точно змей клубок.
Здесь жалили друг друга
кто как мог…
Фанатиками был визирь убит.
Теперь никто Хайяма не щадит.

И ворвалась толпа
к Хайяму в дом.
Перевернула в доме
всё вверх дном.

— Довольно богохульника терпеть! -
Муллы кричали:
— Смерть Хайяму! Смерть!
Он оскорблял Коран
в своих стихах!
Так помоги найти его, Аллах!

И в башню кинулись.
Труды его нашли
и астролябии.
Топтали, рвали, жгли…

Хайям ушёл из города тайком.
Вновь по дорогам бродит бедняком.
За ним стихи шагают по пятам.
Известен всем теперь
поэт Хайям.

Подарок Хайяма.

… В Нишапуре весна.
В Нишапуре базар.
Разложили купцы
на прилавках товар.
Там — шелка и ковры.
Тут — хурма и шербет.
Деньги есть — покупай!
Проходи, если нет.

Старец в город пришёл -
обносился халат.
На базаре никто
оборванцу не рад.

— Проходи! Проходи!

Видит нищий старик:
продавец на прилавок
кладёт связку книг.

— Аль-Хайями труды!
Покупай, кто богат!
По-арабски написан
о звёздах трактат.
«Комментарий к Евклиду»
и по алгебре труд!
Кладезь мудрости вечной
содержится тут.

Смотрит юноша жадно:
— Всевышний творец!
Аль-Хайяма труды
я нашел наконец!

Он дирхемы считает —
цена дорога!
— Не хватает дирхема,
почтенный ага.
Уступить ты не мог бы
один лишь дирхем?

Продавец остаётся
недвижим и нем.

Тут последний дирхем
нищий странник достал:
— На, возьми!
Аль-Хайями
когда-то    я знал…

Дружный смех пробежал
по соседним рядам:
— Он учёных знавал,
Наш бродяга Хайям?!
Отдал коврик молельный
Хайям за вино.
И с шайтаном он пишет
стишки заодно!
Аль-Хайями мудрейший -
тебе не чета!
Прочь пошёл!
Да пошёл же ты прочь,
нищета!

В Нишапуре весна!
В Нишапуре базар…
Вновь бредёт по дорогам изгнанник Омар.
Легче ум прославлять
у глупца из дворца,
чем в бездомном бродяге
признать
мудреца…