ПИШИТЕ МНЕ

Ефим Ефимовский «СЛЕД КОЛЕСНИЦЫ» (изд. 1988г)

ЧАСТЬ I. РАКЕТА И ТРАВИНКА

ПЕРВЫЙ РАЗГОВОР

— Видите камень
вон тот придорожный?
— Камень как камень…
обычный.
— Возможно.
Как бы о нем поточнее узнать?
Надо Науку
на помощь позвать.

Как пишется «камень»,
научит Грамматика.
Размеры и форму
найдет Математика.
Физика
массу отыщет и вес.
Минералогия
взглянет на срез.
«Это кремень, —
она скажет ребятам, —
и называют его —
силикатом.
А силикат расплавляют в печи
и получают стекло,
кирпичи… „
Археология скажет:
«Находка!
Справа на камне
видна обработка!“
«Жил в этой местности
древний народ… —
дальше История
слово берет. —
Был этот камень
в почете и в силе.
Древние люди
им сучья рубили.
Им добывали одежду
и пищу.
Жилой примотан он был
к топорищу.
В каменном веке,
во времени давнем,
люди огонь высекали
тем камнем… «

Камень
в овраге лежит придорожном…
Камень — простой?
Или, может быть, сложный?
О камне ты все ли узнал,
Человек?
Наука поможет!
Не каменный век!

АРХИМЕД

Моря и пустыни.
Земля и Луна.
Свет Солнца
и снега лавины…
Природа сложна,
но Природа одна.
Законы Природы —
едины.
Вот плот и корабль,
поплавок рыбака —
плывут, как по небу
плывут облака.
Но камень в воде
не плывет, как бревно,
и камнем бревно
не уходит на дно.
В чем сущность явлений?
На это ответ
искал сиракузский мудрец
Архимед.

ЗАКОН АРХИМЕДА

Сиракузы. III век до нашей эры.

Жил в Сиракузах мудрец Архимед.
Был другом царя Гиерона.
Какой для царя самый важный предмет?
Вы все догадались — корона!

Захотелось Гиерону
сделать новую корону.
Золота отмерил строго.
Взял не мало и не много —
сколько нужно — в самый раз.
Ювелиру дал заказ.

Через месяц Гиерону
ювелир принес корону.
Взял корону Гиерон,
оглядел со всех сторон.
Чистым золотом сверкает…

Но ведь всякое бывает.
И добавить серебро
можно к золоту хитро,
а того и хуже — медь
(если совесть не иметь) …

И царю узнать охота:
честно ль сделана работа?
Не желал терпеть урон
Гиерон.
И позвал он Архимеда…
Началась у них беседа.

Гиерон
Вот корона, Архимед.
Золотая или нет?

Архимед
Чистым золотом сверкает.

Гиерон
Но ты знаешь, все бывает!
И добавить серебро
можно к золоту хитро.
А того и хуже — медь,
если совесть не иметь.
Сомневаться стал я что-то   :
честно ль сделана работа?
Можно ль это, ты скажи, определить?
Но корону не царапать, не пилить…

И задумался ученый.
Что известно? ВЕС короны.
Ну, а как найти ОБЪЕМ?
Думал ночью, думал днем.
И однажды, в ванне моясь,
погрузился он по пояс.
На пол вылилась вода —
догадался он тогда,
как найти ОБЪЕМ короны,
и помчался к Гиерону
не обут и не одет…
А народ кричал вослед:
— Что случилось, Архимед?
Может быть, землетрясенье?
Или в городе пожар? —
Всполошился весь базар!
Закрывали лавки даже.
Шум, и крики, и смятенье!
Он промчался мимо стражи.
— Эврика! Нашел решенье! —
Во дворец примчался он:
— Я придумал, Гиерон!

Во дворце

Архимед
Эврика! Раскрыл секрет!

Гиерон
Ты оденься, Архимед!
Вот сандалии, хитон,
а расскажешь все потом!

Архимед
Пусть весы сюда несут
и с водой большой сосуд…
Все доставить Гиерону!..

(Слуги все приносят)

На весы кладем корону
И теперь такой же ровно
ищем слиток золотой…

(Находит кусок золота,
по весу равный короне).

Гиерон
Все понятно!

Архимед
Нет, постой!
Мы теперь корону нашу
опускаем в эту чашу.
Гиерон! Смотри сюда —
в чаше поднялась вода!
Ставлю черточку по краю.

Гиерон
А корону?

Архимед
Вынимаю.
В воду золото опустим.

Гиерон
В воду золото? Допустим…

Архимед
Поднялась опять вода.
Метку ставлю
я.

Гиерон
Куда?

Архимед
Ну конечно же, по краю.

Гиерон
Ничего не понимаю.
Лишь две черточки я вижу:
эта — выше, эта — ниже.
Но какой же вывод главный?

Архимед
Равный вес.
Объем — не равный!
Понимаешь, Гиерон,
я сейчас открыл закон.
Тот закон совсем простой:
тело вытеснит…

Гиерон
Постой!
Говоришь: объем не равный?
Мастер мой мошенник явный!
За фальшивую корону
он ответит по закону!
А ты за разгадку
получишь дары!

На этом прервалась беседа…
Немало воды утекло с той поры,
но помнят Закон Архимеда!


„ДАЙТЕ МНЕ ТОЧКУ ОПОРЫ“

Однажды по берегу моря вдвоем
гулял Архимед с сиракузским царем.

Гиерон
Ну, скажем, рычаг. А какая тут цель?

А рядом триеру тащили на мель,
тащили рабы, выбиваясь из сил.

И тут Архимед Гиерона спросил:
— Ты помнишь мой винт для подъема воды?
В Египте рабам облегчил я труды.
А знаешь, как людям помог бы рычаг
в труде непосильном! К примеру.
один бы сумел на песчаный причал
втащить я… вот эту триеру. —
Стоит Гиерон, потирает висок:
— Ты втащишь триеру? Один? На песок?!
— Триеру на берег втащу я один,
Триеру с гребцами и грузом.
Вот ты через месяц сюда приходи…
И я удивлю Сиракузы.

В назначенный срок собирается люд
на пристани, солнцем согретой.
Глядят на машину, но чуда не ждут:
— Не втащит! Да слыхано ль это!

Гиерон
Я вижу веревки и много колес,
и я поражаюсь размеру,
но даже Геракл, ухватившись за трос,
не втащит на берег триеру…

И тут Архимед повернул колесо —
триера послушно ползет на песок.
На палубе с ног повалились купцы.
На берег заехать — не шутка!
По воздуху веслами машут гребцы,
как будто лишились рассудка.

Гиерон
Не верю глазам! Столько силы в плечах?!

Архимед
Нет, царь! Эту силу умножил рычаг!

Взглянул Архимед: небо, море кругом.
Синее море и горы.
— Я землю бы мог повернуть рычагом,
лишь дайте мне точку опоры.

„С этого времени я требую, — велел Гиерон, — чтобы Архимеду верили во всем, что он только ни скажет“.
ПРОКЛ. V ВЕК НАШЕЙ ЭРЫ


ОДИН В ПОЛЕ ВОИН, ЕСЛИ ОН АРХИМЕД

Сиракузы. 214 год до нашей эры

Пришла в Сицилию война.
Пришла неотвратимо.
До Сиракуз дошла она
с жестоким войском Рима.
Суровый консул Марк Марцелл
галер ведет армаду:
Марцелл брать крепости умел,
умел вести осаду.
— Всего пять дней! —
сказал Марцелл, —
мне нужно для победы.
Как видно, раньше не имел
он дела с Архимедом…
В расчет не брался Архимед.
(Ученый? Что он может!..)
Машин, каких не видел свет,
Марцелл не видел тоже.

Ждал римлян настоящий ад
на море и на суше.
Машины топят, бьют, крушат,
стреляют, валят, рушат!
Идут центеры — римский флот,
но Архимед пускает в ход
железный клюв и крючья —
центеру в воздухе трясет,
с размаху бьет о кручи.
Мелькают бревна-рычаги,
как великанов руки.
— Здесь Архимед! — кричат враги.
— Нет, здесь! Юпитер, помоги! —
Бросают в страхе луки.

Законы равновесья тел,
законы рычага —
все то, что знал он, что умел,
сегодня бьет врага…
Строй квадратур,
парабол, сфер,
пи эр квадрат, и два пи эр,
и теорем железный строй —
все вывел Архимед на бой!
Машины мечут тучи стрел,
швыряют в цель каменья.
— Всем отступать, —
 — кричит Марцелл, —
всем отступать, кто уцелел! —
Проиграно сраженье.

ГИБЕЛЬ АРХИМЕДА

Сиракузы. 212 год до нашей эры

Марцелл едва остался цел.
Он крепость штурмовать не смел:
не одолеть ему машин.
Иначе действовать решил…

И вот пришла глухая ночь.
И берег тьма одела.
Предатель вызвался помочь
коварному Марцеллу.

Открыл ворота он врагу.
Враги по городу бегут.
Дома пылают, как костры,
мечи короткие остры.
Марцелл кричит:
— Победа!
Найдите Архимеда!
Пусть приведут его живым! —
А смерть летит быстрей, чем дым,
копьем стучится в каждый дом.
Ученый думал о своем…
Искал в то время Архимед
закон движения планет.

Архимед
(размышляет во дворе своего дома).
Все тела притягиваются друг к другу… Поэтому и яблоки падают на землю…

Вот шум и крики за стеной.
А он чертил круги:
„Нашел! Нашел!“
Но за спиной
уже стоят враги…
От пепла черным стал рассвет.
Упал на землю Архимед.

Не жди пощады на войне.
Там смерть всегда привычна.
Пылали крепости в огне.
Мир полыхал античный.
То шли фаланги, будто смерч, —
царь македонский поднял меч.
То к Риму рвался Ганнибал,
то жаждал Рим победы.
Никто из них в расчет не брал,
что гибнут Архимеды.

ГАЛИЛЕЙ

Движенье повсюду,
движенье везде.
И в воздухе птица,
и рыба — в воде,
и жизни
нигде без движения нет.
И Солнце
летит в хороводе планет!
Вот листья по воздуху
долго кружат.
А падает камень
быстрее стократ.

Быстрей ли ТО падает, ЧТО ТЯЖЕЛЕЙ?

И это проверить решил Галилей.


ОПЫТ ГАЛИЛЕЯ

Пиза. Пизанская башня. 1590 год

Нес он одной рукою
маленький шар из свинца,
а сзади ядро другое
тащили три молодца…

1-й профессор
Ядра, различные весом,
сбросить решил Галилей.
Какое из них, профессор,
может упасть скорей?

2-й профессор
Бросайте вы хоть сто тел,
хоть с башни, хоть прямо с небес.
Как учил Аристотель,
на скорость влияет вес.

1-й профессор
Не может быть, чтоб маленькое тело
с громадным вместе до земли летело.

УПАЛИ ВМЕСТЕ разных два ядра.
Не верили глазам профессора…

(Галилей спускается с башни).

Профессора
— Вы фокусник, плут, обманщик!
— Вас кафедры надо лишить!
— Чтобы не лазил на башни.

Галилей
Синьоры! Прошу не спешить!
В старой книге ошибка.
Оставьте в покое вес.
Упала бы камнем пушинка,
если бы воздух исчез…

Ученик
Синьор Галилей, я хотел, чтобы вы еще раз пояснили мне опыт с падением тел.

Галилей
Я открыл, что тела при падении ничего не весят…

Ученик
Как это?

Галилей
Представь, что ты падаешь вниз, сидя на весах… Будут ли эти весы
что-нибудь   показывать? Я думаю, что нет: ведь скорость падения весов и твоего тела будет одинакова, следовательно, во время падения ты не будешь ничего весить!

ПИСЬМО КЕПЛЕРУ

„Посмеемся, мой Кеплер, великой глупости людской. Что сказать о первых философах здешней гимназии, которые с каким-то упорством аспида, несмотря на тысячекратные приглашения, не хотели даже взглянуть ни на планеты, ни на луну, ни на телескоп“.
ИЗ ПИСЬМА КЕПЛЕРУ. 10 АВГУСТА. 1610 ГОД. ПАДУЯ

Посмеемся, Кеплер мой,
великой глупости людской!
Астрономы от старинных книг ослепли.
Вкруг Юпитера в ночи
тоже луны различил.
Жаль, что не было тебя
со мною, Кеплер!
P.S.Теперь я могу доказать,
что прав Коперник.

В ЗАЩИТУ КОПЕРНИКА

„Земля неподвижна“, — когда-то   учили.
„Земля неподвижна“, — монахи твердили.
Коперник узнал о движенье земном.
Движенье Земли он увидел… умом.
Коперник глазам не поверил своим.
Причины нашел смены весен и зим.

„Да будет движенье Земли под запретом“, —
указано Римом особым декретом.

19 февраля 1600 года
Официальное сообщение о казни Дж.Бруно
В четверг сожжен живым на Кампо ди Фьюре брат доминиканец из Нолы, упорный еретик, с языком, зажатым в орудии, в наказанье за преступнейшие слова, которые он изрекал, не желая выслушивать духовников и других. Он провел 8 лет в тюрьме святой службы, откуда в первый раз ему удалось освободиться.

Он защищал Коперника идеи
и был сожжен на площади Цветов…

— За истину вступиться кто готов?
— Я! — прозвучало слово Галилея…

Флоренция. 1632 год

Галилей (пишет)
„Вы говорите, что стоит Земля —
движенье обнаружили бы люди.
Под палубу спуститесь корабля,
возьмите рыбок маленьких в сосуде
и насекомых: бабочек да мух…
Понаблюдайте их полет, движенье.
Обычно все. Спрошу вас: почему?
Корабль на месте — будет ваше мненье.
Теперь корабль без качки и рывков
пусть движется. И результат каков?
Не получая с палубы известий,
лишь наблюдая бабочек и рыб,
корабль идет или стоит на месте,
вы ни за что ответить не смогли б.
Вы связаны с движеньем корабля!
Но в трюме нету звезд, не виден берег!
Так людям кажется — не вертится Земля.
Пусть Человек глазам своим не верит!“

СУД ИНКВИЗИТОРОВ

Рим. 1633 год

Папа Урбан Восьмой (от ярости сам не свой)
Книгу издал Галилей,
и ересь по свету все злей.
Джордано Бруно сожгли?!
А результат каков?
Полчища еретиков
твердят о вращенье Земли.
Куда вы смотрите?

Инквизитор
Но…

Папа
Пытать
нельзя все равно!
Нам нужно
его ОТРЕЧЕНЬЕ.
Оно убедит людей.
Коперниково ученье
пусть проклянет Галилей!
Он должен отречься!

Инквизитор
Но…

Папа
Пытать нельзя все равно.
От пыток умрет Галилей.
Другая победа важней!

Инквизитор
Я средство придумал одно.
Сегодня попробую.

Папа
Но…

ДОПРОС ГАЛИЛЕЯ

Инквизитор
Не ты ли Галилео Галилей,
семидесяти лет и флорентиец?

Галилей
Да, это я.

Инквизитор
Продолжим наше дело.
Своей вины не признаешь упрямо
и прочитать не хочешь „Отреченья“?

Галилей
Виновен? В чем? Я истину искал!

Инквизитор
Тогда приступим к пытке.

Галилей
Воля ваша.
Вы делайте со мною что угодно.

Инквизитор
Послушай, Галилей! Наедине
хотел поговорить бы я с тобою.
Секретари и стража! Удалитесь!
Давай друг с другом будем откровенны.
Когда-то я учеником твоим
считал себя. И книги Галилея
глотал я жадно. Многое узнал…

Галилей
К чему ты клонишь, я не понимаю?

Инквизитор
У нас в руках твои труды, бумаги,
расчеты, выводы… Я знаю, ты готовил
опроверженье старой всей науке.

Галилей
Мечтал науку новую начать…

Инквизитор
Искал законы важные движенья.
Хотел… Скажи, хотел издать ты книгу?

Галилей
Я не успел.

Инквизитор
Вовеки не успеешь!
Упорствуя,
не выйдешь из тюрьмы.
А я обязан —
папа мне прикажет, —
как ни прискорбно,
сжечь твои бумаги…
Сжечь на глазах твоих
„закон паденья“
и маятника важные законы…
И это все сгорит, в огне погибнет —
к несчастью всей науки мировой!
Каких открытий
люди не узнают!
Когда еще придет подобный гений!..
Но выход есть!
Как верный ученик,
учителю протягиваю руку:
ты прокляни
Коперника ученье!
Спаси свой труд,
великий Галилей!
Я текст тебе оставлю «Отреченья».
Наведаюсь еще раз.
Попоздней…

(Галилей склоняется над бумагой)
«Я, Галилео Галилей, сын покойного Винченцо Галилея из Флоренции, 70 лет, самолично поставленный перед судом, преклонив колена, пред… досточтимыми кардиналами, генерал-инквизиторами против еретической злобы во всем христианском мире… клянусь, что всегда Веровал, ныне Верую… «

Себя
спасти…
и стать в людских глазах
отступником?
Я это не сумею…
За Истину горели на кострах,
погиб Джордано Бруно за Идею!
Как страшно:
ВСЕМ ТРУДАМ МОИМ ПРОПАСТЬ?!
И нет страшней ПОЗОРА ОТРЕЧЕНЬЯ!
Но ведь Земли вращенье — это часть,
часть будущей науки о движенье.
Я должен труд закончить мой.
Последний труд —
последний бой…

И принимает Галилей решенье!

Рим. Собор святой Марии. 1633 год

Галилей
Отрекаюсь. Отвергаю. Отрицаю
эту ересь,
будто Солнце неподвижно,
а вращается Земля.
Лишь писанию святому
я, клянусь, отныне верю.
Говорю вам с чистым сердцем,
здесь колени преклоняя.
Впредь ни письменно, ни устно
рассуждать не стану боле.
Если ж где услышу ересь,
донести обязан я.
Чтоб в республике вселенской
каждый истинный католик,
услыхав об отреченье,
понял, в чем же ложь моя.

ПРИГОВОР ИНКВИЗИТОРОВ

„Конгрегация признала
книжку вредною и злою.
Быть в тюрьме тебе,
а также
покаянно петь псалмы.
Право снизить наказанье
оставляем за собою.
Так вот судим. Присуждаем.
Объявляем миру мы:
кардинал-де Аскуло,
кардинал Бентивольо,
кардинал-де Кремона,
кардинал Антоний,
кардинал Гипсий,
кардинал Вероспи,
кардинал Джинетти“.

Кардиналы.
Он отрекся! Победили мы!
Пусть узнает мир об отреченье.

Галилей выходит из тюрьмы.
ЗАВЕРШАЕТ КНИГУ О ДВИЖЕНЬЕ.
Шпионят инквизиторы кругом.
В Голландию доставлен труд тайком.
Здесь напечатан.
Книга вышла в свет.

Ослепший Галилей на склоне лет
работы новой диктовал начало.

А время Галилея истекало…

Вилла Арчетри близ Флоренции. 1642 год.

Звон слышен последний вечерний
сквозь ночь флорентийскую ту.
— Ко мне подойди, Торричелли!
Тебе заполнять пустоту.
Печаль мое сердце тревожит:
сумеют потомки понять —
мое отречение ложно?
Зато я успел рассказать:
тяжелого камня паденье
паренью пушинки сродни…
Чтоб следом явилось ученье,
чтоб
кто-то   земное вращенье
с падением яблок сравнил.
Чтоб разум над страхом поднялся,
чтоб новый приблизился век…
Да, я отступал, отрекался,
чтоб к истине шел человек.
О прожитом я не жалею,
ведь правду не скроешь во мгле.

Не стало вчера Галилея…
Как трудно вращаться Земле!

ЯБЛОКО НЬЮТОНА

Деревня Вульсторп. 120 миль от Лондона 1666 год

Ньютон под яблоней сидел.
Вот-вот должна прийти идея.
А плод над ним уже созрел,
к земле всей массой тяготея.
Умолкли птицы. Тишина.
Зажглись далекие светила,
и спелым яблоком Луна
повисла в небе и светила.
Он мыслил, а Луна, кружась,
с Землею Солнце огибала.
Вещей невидимая связь
в ту ночь яснее проступала.
Ньютон взглянул на небосвод…
Но ветка дрогнула — и вот
на землю яблоко упало…

Галилео Галилей поведал свету,
что „в паденье тела — веса нету“.
А Ньютон ему добавил вслед:
„У планеты тоже веса нет“.

И, может быть, самый великий закон —
ВСЕОБЩИЙ ЗАКОН ТЯГОТЕНЬЯ:
вращенье планет объясняет нам он
и яблок румяных паденье!

***

„Что?“ „Почему?“ „Зачем?“ и „Где?“
живут в земле, в огне, в воде.
Вот в первый раз
огонь добыт.
почему огонь горит?)
Зерно
под солнцем проросло.
(Зачем растению тепло?)
Дым — легкий,
а скала тверда.
Что значит „лед“,
а что — „вода“?
Что? Почему? Зачем? и Где?
Мы все узнать хотим.
Соль растворяется в воде,
а мел нерастворим.
Бумага не горит дотла:
в печи останется зола.
А если медь в печи нагреть,
то станет тяжелее медь
с окалиною вместе.
Не верите —
так взвесьте.
Открытий путь -
нелегкий путь.
Но человеку —
не свернуть.
„Что?“ «Почему?» за ним следят,
чтоб шел вперед,
а не назад.
Вот почему из года в год
Наука движется вперед.

ФИЛОСОФСКИЙ КАМЕНЬ

Алхимики считали,
что ртуть в любом металле…
Алхимики мешали
буру и купорос.
Мешали вместе с глиной
толченый рог козлиный,
пять перьев петушиных,
один крысиный хвост.
Все в печке обжигали,
а после возгоняли
и снова очищали,
добавив волчий ус.
И, выпарив искусно,
рассматривали сгусток,
и падали без чувства,
попробовав на вкус.
Надеялись случайно
раскрыть Природы тайну…
Нашли мышьяк и фосфор.
А это чем не клад?
За хитрые приборы,
кислоты и растворы
все химики алхимикам
спасибо говорят!

СЕКРЕТ ГОРЕНИЯ

1
ЛОМОНОСОВ

Ломоносовым подан репорт:
«Мне потребно
десяток реторт,
соли пуд, купоросу, угля —
все химических опытов для.
И дубовых досок для полов».
Отпустили…
пятнадцать рублёв!

И вставал он ни свет ни заря —
ни минуты потраченной зря.
Только опыт
да точный расчет.
В канцелярию подал отчет.
Что потратил —
в отчете все есть.
А что сделал —
потомкам не счесть.

Было ложное ученье,
Был неправильный закон:
«Что подвержено горенью,
то содержит
флогистон».
«Флогистон» —
«горючий» значит.
Он из печки в небо скачет.
Если дым со всех сторон —
разгулялся флогистон.

Санкт-Петербург. 1750 год

Собирались мужи ученые,
занимали кресла точеные.
Рукава белели манжетами,
а на шеях цепочки с лорнетами.
Парики обсыпаны пудрою.
Говорили все речи мудрые.
Обсуждали вопрос горения,
почерненья веществ, побурения.

Произнес один:
— В полной мере я
соглашусь, что огонь — материя.
Теплород — флогистон по-научному. —
Рады слову все благозвучному.
— Флогистон объясняет горение. —
Все кивнули в знак одобрения.
Говорит другой:
— Я поверю вам.
Все видали горение дерева —
потемнеет оно и скрючится:
флогистон из него улетучится.
Флогистон объясняет горение! —
Все кивнули в знак одобрения.

Вдруг Ломоносов входит в зал.
О фартук вытер руки:
— Я все проверил, доказал.
Прошу, мужи науки! —
— Куда? — по залу сразу шум.
— В лабораторию прошу!
— Зачем?
— Я ставлю опыт. —
А за спиною шепот:
— Мужик! Невежа! Что за тон!

Ломоносов
Смотрите и не спорьте!

— Но всем известно: флогистон…

Ломоносов
В запаянной реторте
свинец я грею. Отчего
металла потемненье?

— Забрался флогистон в него.
С теплом проник он сквозь стекло.

Ломоносов
Не в этом суть горения!
Реторту запаял я сам.
Я верю числам и весам.
Ничуть не изменился вес
реторты раскаленной.
Нет, сквозь стекло он не пролез —
ваш флогистон хваленый!

Молчат ученые мужи.
(Ты им попробуй докажи).

— А все ж свинец темнее стал!

Ломоносов
Часть воздуха вошла в металл,
и оттого он черный!

(Не знали слова КИСЛОРОД.
Но видел далеко вперед
великий наш ученый).

Он был ученый и поэт.
Он размышлял про тьму и свет.
В чем сходство стужи и тепла?
Что можно сделать из стекла?
Как получается фарфор?
И что таится в недрах гор?
Он краски изучил и цвет.
Он создал Университет.
Своей рискуя головой,
заряд измерил грозовой.
Был в красноречии силен.
Историк он, географ он.
И, как сказал о нем поэт,
«Он сам был — университет!»

2
ОТКРЫТИЕ КИСЛОРОДА
Бирмингем. 1774 год

Та история простая…
Джозеф Пристли,
как-то   раз
окись ртути нагревая,
обнаружил странный газ.
Газ без цвета, без названья.
Ярче в нем горит свеча.
А не вреден для дыханья?
Не узнаешь у врача!
Новый газ из колбы вышел —
никому он не знаком.
Этим газом дышат мыши
под стеклянным колпаком.
Человек им тоже дышит.
Джозеф Пристли быстро пишет:
«Воздух делится на части».
(Эта мысль весьма нова.)
Здесь у химика от счастья
и от воздуха отчасти
(от его важнейшей части)
закружилась голова…
Кошка греется на крыше.
Солнца луч в окошко бьет.
Джозеф Пристли, с ним две мыши
открывают КИСЛОРОД.

Из атомов мир создавала Природа.
Два атома легких взяла Водорода,
прибавила атом один Кислорода,
и получилась частица Воды.
Море воды, океаны и льды…
Стал кислород
чуть не всюду начинкой.
С кремнием он обернулся песчинкой.
В воздух попал кислород,
как ни странно,
из голубой глубины океана.
И на Земле появились
растения.
Жизнь появилась:
дыханье, горение…
Первые птицы
и первые звери.
Первые люди, что жили в пещере…
Огонь добывали при помощи трения,
хоть и не знали причины горения…
Роль кислорода на нашей Земле
понял великий Лавуазье.

3
АНТУАН ЛАВУАЗЬЕ

До истины был труден путь…
В реторте закипала ртуть
и стала ярко-красной.
Газ кислород вошел в металл —
вот почему он красным стал.
Ученому все ясно,
он понял смысл горения:
горенье — окисление.
И дальше, к самой сути.
Соскреб окалину.
Нагрел и взвесил:
газ «пропавший» цел,
на месте — капля ртути.
Что было — осталось. Ни гран не исчез.
А это — ЗАКОН СОХРАНЕНЬЯ ВЕЩЕСТВ.

Париж. 1794 год.
Зал заседания трибунала

(Председатель пишет, врывается ученый).

— Гражданин председатель! Это чудовищная ошибка!.. Я, как член Академии… Этого нельзя допускать… Лавуазье работал на благо революции… Он…
— Он был аристократом. Эти люди грабили народ…
— Все свои средства он тратил на опыты.
— Мы конфисковали у Лавуазье деньги, которые пойдут на благо революции.
— Остановите казнь! Этот человек открыл законы, которые и тысячу лет спустя не потеряют силу.
— Мы руководствуемся одним законом: все на благо Франции.
— Я…
— Поздно… Сейчас ваш Лавуазье всходит на эшафот.
— Чтобы отрубить такую голову, достаточно минуты, но природе понадобится сотни лет, чтобы создать подобную…

(Разговоры в толпе на площади недалеко от гильотины)

— Кого это там, месье?
— Антуана Лавуазье.
— Он был среди тех господ,
кто обирал народ.
— Он гений наверняка!
— Но он королю служил!
— Открытья его на века!
— Но он богатство нажил!..

Все. Человек исчез.
И стала Земля бедней.
Закон сохраненья веществ
не сохраняет людей.


РАКЕТА И ТРАВИНКА

Прошу мне ответить
без всякой заминки:
ракета сложней
или проще травинки?
Вы скажете сразу:
ракета сложнее.
Она и нужнее,
она и важнее.
Она состоит из мильона деталей!
Ее миллион человек собирали.
Тогда вам услышать,
быть может, в новинку,
что сделать нельзя
полевую травинку.
Верней, для травинки
найдутся детали,
но вы соберете травинку едва ли.
Вам даже не сделать
пустяшной соринки —
кусочка от этой
зеленой травинки.
Выходит, травинка
сложней, чем ракета.
Как просто все это.
Как сложно все это!

ДЕМОКРИТ

«Можно плыть по реке,
и парить в облаках,
и шагать по земле,
увязая в песках,
но сгущается пар,
застывает река,
а твердейшая бронза
порою мягка.
Птица в небе парит,
и в песок упадет,
и травой прорастет, —
рассуждал Демокрит. —
Видно,
чем-то   похожа
на камень вода.
И в далеком родстве
светлячок и звезда.
Что все это роднит:
облака и гранит,
человека, и звезды, и птиц?
Сложен мир.
Сложен мир
из мельчайших частиц», —
так считал древний грек Демокрит.

Буква —
азбуки частица.
Чтоб составить
слово «птица»,
букв понадобится
пять!
Сколько б у к в придется взять,
чтоб составить стих, рассказ,
книжку целую для вас?
Вот летит со всех сторон:
— Десять тысяч!
— Миллион!

Отвечать не торопитесь!
Присмотритесь!
Приглядитесь!
Загляните в буквари!
Разных —
только т р и д ц, а т ь т р и!

А теперь вопрос труднее:
сколько, а т о м о в имея,
р, а з н ы х, а т о м о в притом,
можно сделать поле, дом,
солнце, море и травинку,
птицу, звезды и пылинку?
Вот летит со всех сторон:
— Десять тысяч!
— Миллион!

Отвечать не торопитесь!
Приглядитесь!
Поучитесь!..
Сколько букв?
— Лишь три десятка. —
Сколько атомов?
— Загадка. —
Да, загадка
непроста.
Атомов —
ЧУТЬ БОЛЬШЕ СТА.

И последний
всем вопрос:
Мир —
он сложен
или прост?

Отвечать
не торопитесь.
Присмотритесь. Приглядитесь.

АЛФАВИТ ПРИРОДЫ

Мир сложен.
Он полон событий, сомнений.
и тайн бесконечных, и смелых догадок.
Как чудо Природы,
является гений
и в хаосе этом
наводит порядок…
Весь мир большой:
жара и стужа,
планет круженье, свет зари —
все то,
что видим мы снаружи,
законом связано внутри.
Найдется ль правило простое,
что целый мир объединит?
Таблицу Менделеев строит.
Природы ищет Алфавит.

СОН МЕНДЕЛЕЕВА

Санкт-Петербург. 1868-1869 годы

Случилось в Петербурге это.
Профессор университета
писал учебник для студентов…
Задумался невольно он:
«Как рассказать про элементы?
Нельзя ли тут найти закон?»
Искали многие решенье,
но, проходя лишь полпути,
бросали. Мучило сомненье:
«А можно ли закон найти?»
Мир состоит из Элементов.
то время знали шестьдесят.)
А сколько их всего?
На это
нельзя ответить наугад.
Но не гадал, а верил он:
«Тут должен, должен быть закон!»

Университетская квартира Менделеева.
17 февраля 1869 года

Но вот дела отложены,
расчеты прерываются.
С утра в поездку дальнюю
ученый собирается.
Все чемоданы собраны.
На козлах кучер мается:
«Поспеть бы надо к поезду,
а барин все копается!»
А барин одевается
и к двери направляется.
Он к двери на-прав-ля-ет-ся…
И вдруг!!!
Шляпа брошена в углу!
Он бросается к столу
и строчит карандашом.
Наконец-то! Он нашел!
Он на чем попало пишет,
ничего вокруг не слышит.
Наконец-то понял он,
в чем разгадка, в чем закон!

В любом труде, в любом творенье
необходимо вдохновенье.
И озарения момент
порой — важнейший Элемент!

Из кабинета не выходит:
«Не упустить бы мысли той!»
Он элементы ставит в строй,
но все ж Таблица не выходит…

Тогда, усталостью сражен,
лег на диван и видит сон…

То кружились,
то мелькали,
то водили хоровод,
то взрывались,
то пылали,
то шипели,
то сверкали,
то в покое пребывали
Алюминий, Натрий, Калий,
Фтор, Бериллий, Водород…
Перепутались все свойства,
недалёко до беды.
Вдруг команда:
— Стройся, войско! —
Стали строиться в ряды.
Во втором ряду волненье:
все боятся окисленья.
— Поглядите! —
злится Литий. —
Фтор ужасный окислитель!
Я не встану в этот ряд!
Пусть другие здесь горят! —
И Бериллий
мрачно мыслит:
— Кислород нас всех окислит!
И, простите за повтор,
как несносен этот Фтор! —
Бор
кивает головой,
но не рвется сразу в бой!
И Азот
не лезет в спор.
Но зато взорвался Фтор:
— Ах! Так мы для вас не пара!
Кислород!
Поддай им жару!
Окисляй!
За мной!
Вперед!
— Стойте! —
крикнул Углерод. —
Я и уголь,
и алмаз.
И за них я, и за вас!
Я сражаться
не горю,
я вас лучше помирю!
Встану я посередине!
Третий ряд! Трубите сбор! —
Натрий,
Магний,
Алюминий,
Кремний,
Фосфор,
Сера,
Хлор!
По порядку,
по закону
элементы встали в ряд.
И выходит, что в колонне
все похожие стоят!
Кремний
встал под Углеродом.
Сера
схожа с Кислородом.
Алюминий
встал под Бор —
замечательный подбор!
Ряд пристраивают к ряду.
А рядов-то десять кряду.
Металлы под металлами,
едкие
под едкими,
ковкие
под ковкими
идут своими клетками.
По порядку все стоит.
Вот Природы Алфавит!

Кому-то сон веселый снится,
кому-то   страшный снится сон.
А Менделееву — Таблица
приснилась. Он открыл Закон,
а также правило простое:
«Ученый должен отдыхать,
но и во сне не знать покоя,
тогда открытие любое
вовек не сможет он проспать».


ПРЕДСКАЗАНИЕ СБЫВАЕТСЯ

Был четвертый ряд нарушен,
Элемент не обнаружен.
Элемент не обнаружен —
тот, что в этом месте нужен.
Но напрасно беспокойство.
Существует
где-то   он!
«Я найду сначала свойства,
и поможет мне закон!»
Удельный вес назвал и цвет,
летуч на воздухе иль нет,
как плавится, в чем растворим…
Законом пользуясь своим,
ТРИ ЭЛЕМЕНТА ПРЕДСКАЗАЛ,
как будто их в глаза видал!

Быть может, раз в тысячелетье
свершить подобное дано.
Но мир открытья не заметил
иль не поверил, все равно.
И
кто-то   говорил по-свойски:
«Забудь об этой ерунде!
Как можно обнаружить свойства
ВЕЩЕСТВ,
НЕ НАЙДЕННЫХ НИГДЕ!»

Париж. Квартира Лекока-де Буабодрана. 1875 год

Вот как-то   раз узнали ученые всех стран:
металл чудесный Галлий
честь Франции назвали)
открыл Буабодран.
Довольный и счастливый,
рассматривал металл,
но писем из России
никак не ожидал.
Он взял письмо, прочел его.
От русского ученого?!
— Ошибся я! Слыхали?! —
Француз был удивлен. —
В глаза не видел Галлий,
а свойства знает он!
Вес высчитал удельный
«точней», чем я, стократ
какой-то Менделеев
еще пять лет назад! —
Глаза его сверкали,
топорщились усы.
Но вот металл свой Галлий
он кинул на весы!

Ответ в Россию мчится:
«Прекрасная Таблица!
Я Вами восхищен!
Проверен мной практически
Закон периодический,
и я категорически
приветствую Закон!»

У химиков переполох!
Ведь Галлий был одним из трех,
предсказанных заранее!..
И следом, как из-под земли,
вдруг Скандий в Швеции нашли,
на свет Германий извлекли
(естественно, в Германии).

Потом дополнилась Таблица.
Узнали новые частицы.
Прославят, подтвердят Закон
открытья будущих времен.


ПОЛЕТ НА ВОЗДУШНОМ ШАРЕ

Клин. 1897 год

… На лугу, на окраине Клина,
до зари собирался народ,
чтоб затмения видеть картину
и воздушного шара полет.

Хоть недолго затменье бывает,
много тайн для людей осветит.
Вот проходит минута, другая…
Все готово! А шар не летит!
Тяга мала! Не поднять этот груз.

Менделеев
Вы остаетесь, один подымусь.

Аэронавт
Ветер опасен, случится беда.

Менделеев
Я отступать не привык никогда.

Аэронавт
Вы крупный ученый…

Менделеев
Время не ждет.
Видите, всюду собрался народ.
Веру в науку нельзя подрывать.

Шар над землей начинает взлетать.

Голоса из толпы
Смотрите! Смотрите! Старик полетел!
— Один полетел! До чего же он смел!

Взлететь на шаре к небосводу,
чтоб провести эксперимент,
объять Законом всю Природу —
тут Смелость — важный Элемент.

***

Весь мир большой
от «А» до «Я»,
Земля и небо,
ты и я,
трава, песок и снегопад,
и ядер атомных распад,
и Солнца свет,
и блеск Луны
в Таблице той заключены.
И сложность в ней,
и простота,
Вселенной нашей красота.
И в каждой клетке и везде:
ЧТО? ПОЧЕМУ? ЗАЧЕМ? И ГДЕ?